долгая память лучше, чем сифилис

Декабрь 18, 2007 in холодные зеленые уральские по

Воспоминания – это такая же блядская штука, как алкоголь. Раз начав, не остановишься, пока до сблёва не передозанёшься. Иной раз живёшь себе, живёшь, пьёшь чай с тёщиным вареньем, ходишь на работу, по дороге стараешься бежать аккуратно, чтобы не подскользнуться, ждёшь весны, говоришь об этом друзьям, отвечаешь на звонки, по утрам задумчиво читаешь на горшке Rolling Stone, в общем всё, как обычно. А тут вдруг – хуяк, и какая-то метафизическая плёночка прорывается, и оттуда на тебя целый вал всякой щелухи. Ты ее сбрасываешь, потому как недосуг, надо на работу, да и дома тоже хочется побыть. Но шелуха липучая, нет-нет, да и обнаружишь что-нибудь налипшее, оно там зудит, чешется. А главное, валится эта фиганда из прорвы и всё тут!

Помню, как Шурка (герой «Холодных зеленых уральских помидоров») первый раз сделал себе татуировку. Точнее две. На правом плече поселился китайский дракон, подозрительно похожий на того, что был изображен на плакате с наставлениями по жесткому цигун, который я дал Шурке во временное пользование. На левом – красовался витиеватый кинжал, украшенный черепушкой, чуть ниже притулилась кокетливая роза, надо сказать, довольно пошловатого вида.

Бил татухи известный мастер Freak, который славился полным отсутствием в рисунке мерзкой тюремной синевы. Денег он за это требовал немалых, уже не помню, сколько стоил «коробок», но качество на вид практически не отличалось от росписей на телах якудзы. Краски Freak смешивал сам, в качестве фиксатора покупал где-то во Владике через знакомых пацанов осьминожий чернильный пузырь. Полигоном щедрой руке мастера служил необъятных размеров панкометаллер по прозвищу… Запамятовал :-) В общем, этот здоровяк ложился под tattoo-машинку бесплатно, в обмен на обещание не базлать, если вдруг новый рисунок не удастся. В результате, по широкой, как калмыцкая степь, груди косматого неформала ползли огненные змеи, на пузе томились красны девица, рычали пантеры, соседствующие с какими-то идиотскими миккимаусами или типа того. Самая лучшая татуха расположилась на плече. У Freak’а с похмелюги дрогнула рука и он что-то там хреново наколол. Пришлось заливать плечо черным, а в углу рисунка наколоть ведьму с косой. Вышло офигенно: звездная ночь, могилы и ведьма, машущая косой в такт движению руки. Нынешние готы с зависти бы удавились.

Когда я в очередной раз приехал из Челябы, уж не помню за каким хером, Шурка первым делом снял косуху. Очень ему хотелось быть слегка покруче. Изображая «парня старых нравов», который типа держится подальше от портаков, я важно сказал:
- Нарядно, да. Тебе еще надо на крестце теперь розовую мышку нахуярить и надпись полукругом: «Как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок».
Шурка потом бегал за мной с перекошенной рожей минут пятнадцать, а я просто дох со смеху. Хотя, честно говоря, просто завидовал. Он хотел вообще весь торс запортачить, да не успел.

Если сегодня будете бухать, подымите за Шурку стаканчик. Ровно десять лет назад он решил, что жизнь для него слишком трудна. Сегодня ему было бы тридцать два или три. Вчера вечером я встретил нашего общего дружбана, вот, говорю, десять лет прошло. Он подумал и сказал: «Надо же, быстро-то как».

А жизнь – удивительно приятная штука. Удивительная и приятная.